Наталия Новожилова 1gatta_felice (1gatta_felice) wrote,
Наталия Новожилова 1gatta_felice
1gatta_felice

Category:

Хорошо в стране у нас со свободой слова

Выйду, крикну: "Хрен вам в глаз!"
Помолчу. И снова...
Хорошо в стране у нас
Со свободой слова!
(Надпись на стене в Фонде защиты гласности. Авторство приписывается Михаилу Горбаневскому)

 Можете ли вы представить себе, чтобы психически нормальный человек выступил в газете с таким обращением: "Я всю жизнь врал и обманывал, изменял жене направо и налево, наворовал кучу денег, а теперь хочу попасть в Думу, чтобы еще успешнее воровать и заодно получить депутатскую неприкосновенность. Я ничего не собираюсь делать для народа и вообще плевал на вас. Проголосуйте за меня!"?
Конечно, скажете вы, такое невозможно. Каждый участник избирательной кампании будет рассказывать о себе только самое хорошее. И это естественно. Поэтому правду о взглядах и деяниях претендующего на власть человека должен рассказать народу кто-то посторонний. Для этого во всем мире используются радио, телевидение, периодическая печать. Только у нас, в России, новым законом о выборах депутатов Госдумы запрещено критиковать и хвалить кандидата в средствах массовой информации (СМИ). Это может делать только сам кандидат. Причем за плату. Если же редактор какой-нибудь газеты рискнет опубликовать нелицеприятный материал, то накажут газету. Вплоть до лишения лицензии. Хотя это противоречит конституционным принципам - свободы слова и права получать и распространять информацию.

Богатые центральные СМИ могут позволить себе нарушать закон о выборах, их штрафами разорить трудно. Не боится открыто игнорировать законодательство и газета "Владимирские ведомости". Но это издание не зря в народе называется "Виноградовские ведомости" - хозяин (обладминистрация и Законодательное Собрание) высоко, закон далеко... А прочие нищие провинциальные СМИ предпочитают не рисковать.

В результате избиратели лишены объективной информации и не могут сделать осмысленный выбор.
Однако гражданам, слава Богу, пока не запрещено кричать на митингах, писать в листовках или, в конце концов, на заборах. Поэтому я, владимирский журналист, у которого закон о выборах отнял возможность делать свою работу (писать в газете), была вынуждена излагать известные мне факты об одном из кандидатов на листовках. Я посчитала, что избиратели должны знать: кандидат в депутаты Государственной Думы по Владимирскому округу № 66 Игорь Артемов - русский националист.

Помнится, за два месяца до выборов имя безработного лидера движения "Русский общенациональный союз" из Санкт-Петербурга мало кому было известно в нашей области. Нулевой рейтинг. К тому же "чужак". Соперники-кандидаты и местные политики до самого конца избирательного марафона не принимали Артемова всерьез, прогнозируя ему не более 2-3% голосов.
А "пришелец", между тем, тщательно и планомерно обрабатывал округ. Сначала он обольстил православных священников, заручившись поддержкой сразу двух Церквей - официальной в лице руководства Владимиро-Суздальской Епархии и Зарубежной в лице суздальского отца Валентина. После чего приходские священники стали ненавязчиво советовать прихожанам голосовать за "радетеля истинной веры". Затем практически каждый из 640 тысяч избирателей округа нашел в своем почтовом ящике по 4-5 видов листовок. В них, конечно, прямо не говорилось, что все беды русского народа от евреев, кавказцев и прочих "нерусских", - какой дурак-кандидат будет писать в своих агитках антиконституционные призывы, за которые с выборов могут снять? Артемов изложил идею тоньше: во власти должны быть только русские, мало того - обязательно православные русские. Свой брат националист все равно поймет, что к чему, а избирком не придерется. Малообразованные же пожилые люди из числа православных верующих, которые разочаровались как в коммунистах, так и в демократах, наверняка отдадут свои голоса "защитнику русской нации и православия". Некоторые вообще были убеждены, что Артемов - священник.
Сегодня, когда уже опубликованы результаты выборов, можно убедиться, насколько точен был расчет Артемова.
Ни один кандидат 66-го округа не выступил против националиста Артемова. Поэтому у меня не было иного выхода, как попытаться провести контрагитацию своими силами. Я написала листовку, в которой раскрыла некоторые аспекты биографии Артемова и попыталась разъяснить истинную сущность его гнилой идеологии. Нашла спонсоров, которые оплатили расходы на издание (между прочим, все жертвователи были русские люди). Нашла добровольцев, которые помогли мне разнести листовки по домам избирателей в разных городах округа. В некоторых населенных пунктах у меня не было помощников - там мне приходилось работать в одиночку.


В небольшой городок Владимирской области Юрьев-Польский, сплошь обклеенный листовками с портретами Игоря Артемова (как, впрочем, и другие города округа № 66), в полдень 17 декабря меня привез на своем автомобиле знакомый. Назовем его Николай. Он высадил меня в центре города и уехал по своим делам, пообещав вернуться через полчаса-час.
 Я встала на оживленной "муравьиной тропе" возле Торговых рядов и стала раздавать листовки прохожим. Некоторые на ходу клали их в карман. Другие останавливались и проглядывали текст тут же. Один высокий молодой человек взял листок в руки, посмотрел и тут же вернул со словами: "Я за фашистов. Они принесут пользу русскому народу". Что ж, таких одной листовкой не переубедишь. Если вообще как-либо переубедишь...
Через какое-то время подъехал милицейский УАЗик. Я сунула один экземпляр в приоткрывшуюся дверцу. Машина тут же уехала.
Тут я вспомнила, как часто русские наци хвалятся, что среди силовиков у них много сторонников. И действительно, во Владимире мне не раз приходилось спорить с милицейскими или прокурорскими работниками, рассуждающими о "вредоносности еврейской нации". "А что, - думаю, - если эти оперы тоже из числа поклонников русских фашистов? Они прочтут мою листовку и захотят посодействовать Артемову".
И что вы думаете? Прошло минут пятнадцать, как патрульный УАЗ № 228 появился снова. Из него стремительно выскочили два милиционера в пятнистых ватниках. Ни слова не говоря, они схватили меня за руки и потащили к машине.
- Куда вы меня тащите? - заволновалась я, прижимая к себе стопку листовок.
- Мы отвезем тебя в участок, - последовал ответ.
- За что?!
- Ты раздаешь запрещенную литературу, - пояснил один из стражей порядка.
- Никто не запрещал эти листовки. Оставьте меня в покое! - я попыталась вырваться. Однако два здоровых мужика стали грубо запихивать меня в машину, где кроме шофера сидел еще один милиционер. Пяток бабушек, стоящих поодаль с моими листовками в руках, застыли с открытыми ртами.
Сумка с документами и кошельком осталась в машине у Николая. Я соображаю: он приедет на площадь, меня не найдет, подождет до темноты и вернется во Владимир. Родственники не знают о моей поездке, хватятся нескоро... Меня же в милиции могут задержать на трое суток. Как я доберусь до Владимира без денег? Вряд ли смогу пройти пешком почти сотню километров по морозу... Опять же, всей Владимирской области известно, каким пыткам подвергались ни в чем не повинные граждане в милиции города Гусь-Хрустального: подпиленные зубы, плавающие в пруду трупы замученных насмерть подозреваемых, которые не захотели взять на себя вину за чужое преступление... По весне найдут мое оттаявшее тело, обглоданное дикими зверями, где-нибудь в лесу...


Сейчас все вспоминается со смехом, а тогда мне было не очень-то весело. Откуда было знать, на что способна милиция Юрьев-Польского?!
Преодолев естественную неловкость интеллигентного человека, я завопила на всю площадь:
- Люди, помогите! Меня ни за что в милицию забирают!
Народ тут же начал сбегаться. Я продолжала кричать:
- Люди, расскажите всем, что журналиста Новожилову в кутузку хотят упрятать!
Одной рукой я вцепилась в гимнастерку на груди милиционера, а другая была занята листовками. Мелькает мысль: листовки, ясное дело, в участке уничтожат, а каждая из них мне слишком дорого обошлась - жалко!
Кричу:
- Заберите листовки, раздайте, чтобы не пропали!
В этот момент милиционер дернулся перехватить листовки. Раздался треск, и в моей руке остался карман его гимнастерки.
- А вот за сопротивление и нанесение материального ущерба ты у меня в тюрьму сядешь! - злорадно проговорил опер.
С тех давних времен, когда в Юрьеве снимали "Золотого теленка", и в "сонном Арбатове" жители отнимали у Паниковского гуся, город не видел таких бурных событий. Бабушки побросали торговать семечками. Из близлежащего училища прибежали студенты. Толпа собралась изрядная.
Я продолжаю кричать. "Арбатовцы" всколыхнулись и стали требовать, чтобы меня отпустили. Милиция дрогнула.
Я, в общем-то, не из сильных, но, видимо, в стрессовом состоянии обнаружились дополнительные резервы: мне удалось освободиться и нырнуть в толпу. Люди сразу сомкнулись вокруг меня кольцом. Нападавшие не решились расшвыривать народ, сели в машину и уехали.
Какие-то мальчишки стали отряхивать меня от грязи, в которой изваляли меня "блюстители порядка".            - Дочка, беги отсюда скорее, они сейчас вернутся с подмогой! - советовали мне бабушки.
Куда же я побегу? И почему я должна скрываться? Я ничего противозаконного не совершила...
- Давай-ка мы у тебя листовки разберем! - предложил кто-то.
Листовки разошлись в течение пары минут. Люди обещали разнести их по соседям. Спасибо милиции, которая своими действиями сделала мне рекламу.
Я стою, прижавшись спиной к газетному киоску. Когда же приедет Николай?! Прошу собравшихся не расходиться, - пока есть народ, милиция не сможет меня увезти. Никто не ушел.
Патрульная машина подъехала в третий раз. Ко мне подошел офицер. Представился заместителем начальника отдела по безопасности УВД района Гов-м. Потянул меня за рукав:
- Проследуйте в участок.
- На каком основании вы меня задерживаете?
- Вы нарушаете порядок - собрали несанкционированный митинг.
- Никакого митинга не собирала. Люди прибежали, когда ваши люди пытались посадить меня в машину, а я сопротивлялась.
     - Так и было! - закричали из толпы.

- Предъявите документы, - упорствует офицер.
- Документы в моей сумке в машине. Подождите минут пять, подъедет шофер, я покажу вам документы.
- У вас нет при себе документов?! Я имею право вас задержать!
- Здесь собралось человек сто. Поднимите руку, у кого с собой документы! Видите, ни одной руки. Почему вы их не задерживаете?
- Потому что они местные.
- Я гражданка России. Жительница Владимирской области. Почему вы решили, что я неместная? У меня что, на лице написано?
- Да, я вижу, что вы неместная. Я всех из 24-х тысяч жителей Юрьева знаю в лицо. А вас не знаю.
- То, что я неместная, - это еще не основание для задержания. Я буду на вас жаловаться.
- Вы распространяете запрещенную литературу - фашистские листовки.
- Наоборот - это антифашистские листовки. Возьмите, прочитайте.
Офицер взял из рук ближайшей старушки в ярко-красном пальто мою листовку (старушка тут же дала деру!). Пробежал глазами. Видимо, понял, что ошибся, но продолжил настаивать:
- А сегодня агитация уже запрещена!
- Ошибаетесь. До 24 часов агитация разрешена. Тем более, я не кандидат и даже не член команды кандидата - могу агитировать всегда и везде.
- У вас нет разрешения на проведение агитации.
- Я агитирую как гражданин. Имею полное право без всяких разрешений.
- Согласно закону о выборах агитировать имеют право только кандидаты и их доверенные лица, - упорствует замначальника отдела безопасности.
     В толпе возмутились:
     - Да вы что?! С утра до вечера московское телевидение долдонит, за кого голосовать, а за кого - нет! Почтовые ящики листовками забиты! Вы тех не ловите? Не надо рот затыкать тому, кто правду говорит!

Я пошла в наступление:
     - Покажите статью закона, по которой мне запрещено проводить агитацию "за" или "против" кандидата".

Милиционер:
     - Статья 16-я закона о выборах.

- Нет там этого.
- Есть в статье 16-ой.
- Ни в 16-й, ни в какой другой. Покажите закон.
Милиционер долго искал в папке закон, не нашел и предложил поехать в участок почитать закон там. Я:
- Не поеду. Вы поезжайте, почитайте, а потом возвращайтесь и доказывайте, что я не права.
- У вас анонимная листовка.
     -
Посмотрите в конец: моя фамилия указана дважды.
- Но на листовке не указана типография. Пройдемте!
- Полный набор выходных данных должны указывать только участники избирательной кампании. Я не участник.

Так мы пререкались до тех пор, пока, наконец, не появился "жигуленок" Николая. Можете представить удивление моего "извозчика", когда он увидел направляющуюся к нему толпу, впереди которой шествовала я вместе с милиционером!
        В целом картина была невероятно комичная.

Мои документы представителя органов правопорядка вполне удовлетворили, а водительские права у Николая были изъяты - под тем предлогом, что автомобиль был остановлен в неположенном месте (хотя рядом стояло около двух десятков легковых и грузовых машин!). Милицейский УАЗ тронулся по направлению к участку, а я с Николаем на "жигуленке" за ним.
Николай пошел в отделение милиции, а я осталась в машине.
     Буквально через минуту, смотрю - в мою сторону направляются два офицера. Один из них - тот самый Гов-й, который только что разговаривал со мной на площади у Торговых рядов.
     Бог весть, что у них на уме, заволновалась я. Вдруг опять начнут тащить в участок? На всякий случай закрыла все дверцы автомобиля на фиксатор. Приспустила стекло и строгим голосом спросила:
     - Что вам нужно?
     - Второй офицер представился:
     - Замполит Х-ев. Мы пришли принести свои извинения. Простите, сразу не разобрались - на вашей листовке знак, похожий на фашистский, мы и решили, что вы за фашистов агитируете.
    (Моя листовка действительно была проиллюстрирована фотографией, на которой доверенное лицо Артемова - Проньков показывает эсэсовский знак, являющийся символом его националистической организации "Русское национальное движение").

Я согласилась, что инцидент исчерпан, извинения приняла.
     Пришел мой "извозчик" с водительскими правами, и мы поехали во Владимир. По дороге я рассказала Николаю, что произошло в его отсутствие. Смеялись до слез!

А вообще из всей этой веселой истории можно сделать три серьезных вывода:
1) если бы за меня не вступился народ, милиция, без сомнения, меня увезла. Так что жителям Юрьев-Польского моя большая благодарность.
  И не факт, что в каждом российском городе со мной в милиции обошлись бы лояльно;
 2) народ в массе нашу власть (в том числе правоохранительную) не любит и не доверяет. И в этом виновата власть. Но страха перед властью уже нет. Разве лет десять-пятнадцать назад кто-то стал бы вступаться за незнакомого человека, которого волокут в милицию? А в сталинское время вообще прошли бы мимо, наклонив голову!
3) открыто пропагандировать национализм в нашей стране можно беспрепятственно. За противодействие русскому фашизму можно "схлопотать" не только от самих фашистов, но и от правоохранительных органов.

В течение шести месяцев прокуратура Владимира проводила расследование, безуспешно пытаясь возбудить против меня уголовное дело по факту публикации мной в газетах антифашистских статей. В то же время, на протяжении вот уже семи-восьми лет по всей Владимирской области члены фашистской организации РНЕ раздают свои газеты и брошюры, повсюду расклеивают листовки со свастикой. Это откровенное разжигание межнациональной розни. А прокуратура на заявления возмущенных граждан отвечает, что нарушения законов не усматривает!

Со дня моего визита в г.Юрьев-Польский прошла неделя, а я все еще вздрагиваю, когда вижу милиционера в форме. И только сейчас мне стала понятна народная поговорка: "Увидишь милиционера, перейди на всякий случай на другую сторону улицы".


* * *

По результатам выборов Игорь Артемов вышел на второе место, набрав 14,94% голосов. До победы ему не хватило всего 6235 голосов. Хочется думать, что среди непроголосовавших за националиста-гастролера есть избиратели, которые получили мою листовку.

P.S. Только что позвонила журналистка областного радио: "Ты жива?" - "По ощущениям, вроде - да", - отвечаю. - "А мне чиновник в "Белом доме" только что сказал, что Наталья Новожилова погибла". "Что ж, - говорю, - областная власть просто выдает желаемое за действительное. Боюсь, им так и не удастся простудиться на моих похоронах".

Наталия Новожилова

(Опубликовано во владимирской газете «Томикс» № 296 24-30 декабря 1999)

Tags: Артемов, выборы, менты, свобода слова, фашвонь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments