Наталия Новожилова 1gatta_felice (1gatta_felice) wrote,
Наталия Новожилова 1gatta_felice
1gatta_felice

Categories:

Запад нам не поможет. А мы и не надеялись! (2)

Почему Великобритания и Европа боятся даже замахнуться на Путина. А также об отношении Америки к российским людоедам.
(Окончание. Начало здесь)

Перспективы расширения списка в США

Главная интрига в США на сегодняшний момент заключается в том, кого именно из российских чиновников исполнительная власть включит в открытый список, а кого засекретит. Дело в том, при принятии закона администрация Обамы сумела добиться, что часть списка Магнитского может по согласованию с лидерами Конгресса остаться засекреченной, если это противоречит интересам национальной безопасности США. Это, конечно, открывает возможность для широкой трактовки и соблазна не вносить в публичный список высокопоставленных людей по политическим соображениям.

Важно, что властями США никакой список еще нигде ни в каком виде официально не принят и не опубликован. То, что принятно в России называть списком Магнитского в Конгрессе чаще называют списком Кардина (по фамилии сенатора Бенджамина Кардина, попросившего в 2010 году закрыть въезд в США для 60 российских чиновников, причастных к гибели юриста­). Этот же список  публиковала  также американская комиссия по безопасности и сотрудничеству в Европе, содержащий имена российских чиновников и обвинения в коррупции каждого из них.

В телефонном интервью Дональд Дженсен, старший сотрудник Центра трансатлантических отношений школы международных отношений в университете Джона Хопкинса (Johns Hopkins) сказал, что, по его мнению, в связи с международными задачами помимо соблюдения прав человека администрация Белого Дома пойдет по пути минимизации ущерба российским чиновникам, и в окончательный список могут попасть даже меньше, чем 60 человек.

В Фонде «Хермитидж» подтвердили, что список на сегодняшний день состоит уже примерно из 120 фамилий, и его юристы продолжают собирать новые факты, подтверждающие причастность российских чиновников к аресту и гибели Магнитского, к систематическим хищениям денег россиян из российского бюджета, которые раскрыл Магнитский, и к укрывательству этих преступлений органами российской власти.

В связи с этим, по моему мнению, даже более важным является вопрос о том, каковы механизмы и перспективы расширения текущего списка  помимо  известных 60 фамилий. Дэвид Крамер, президент Freedom House, отвечая на вопрос о расширении списка, высказал уверенность, что после опубликования первых фамилий, процесс добавления новых имен станет постоянным процессом на протяжении всего действия закона (10 лет). Он также сказал, что через глав комитетов по международным делам и других видных законодателей будет представлено много путей подать заявки и документацию по новым правонарушениям.

При этом не совсем понятным остается вопрос проверки юридической документации по правонарушениям. Очевидно, что как конгрессменам, так и представителям Госдепа в случае подачи новых заявок придется разбираться в ньюансах российской правовой системы. Даже если заявители, как в случае Фонда Хермитидж, все тщательно и грамотно разъяснят в своих документах, необходимы кварилифицированные кадры, способные прочесть и дать свою независимую оценку представленным бумагам. В связи с этим представляется неизбежным один ближайший результат принятия закона для властей США. Госдепу придется нанять дополнительный штат сотрудников, разбирающихся в российском законодательстве и оценивать весь спектр правонарушений, прописанных в «Акте Магнитского» - от убийств и коррупции в силовых органах до нарушений на выборах и отмывании денег.

Перспектива длительного и трудоемкого взаимодействия с американской бюрократией не пугает представителей российской оппозиции, которые собираются использовать механизм закона по максимому. Владимир Кара-Мурза-младший, например, сказал в интервью, что партия РПР-ПАРНАС и Координационный совет оппозиции будут активно добиваться включения в «черные списки» основных инициаторов «закона подлецов» о запрете усыновления. Наталья Пелевина, один из учредителей созданного в декабре Независимого совета по правам человека в России (куда вошли помимо прочих Людмила Алексеева и Ирина Ясина) на вопрос о планах по добавлению новых имен в список и по принципам их отбора пояснила следущее:

- Происходить это будет, скорее всего, в несколько этапов. Сначала Совет будет голосованием определять тех, кто, по его мнению, должен в этот список войти, после чего команда юристов будет готовить обвинительное заключение с доказательной базой на каждого человека. Далее, эти материалы будут передаваться юристам в США для доработки их с точки зрения законов США. В итоге проработанные заявки будут передаваться в профильные комитеты Конгресса или напрямую в Госдеп. Принцип отбора один - факты нарушения прав человека. Это может быть и в форме приговора по заказному или политическому делу, или инициатива о принятии закона, нарушающего конституционные права граждан. Главные кандидаты в список - это работники судебной системы, чиновники и силовики, в отношении частных лиц планов пока нет. Списков уже много. Есть и список «Юкоса», и список «Пусси Райот», и список «Норд Оста» и другие. Вышеназванные списки, это уже человек 500, хотя их и надо будет чистить. Не для всех фигурантов мы сможем сформировать требующуюся доказательную базу, но подготовить материалы по нескольким десяткам в ближайшие полгода, я думаю, Совет сможет.

Одним из таких кандидатов в расширенный список является депутат Госдумы РФ Александр Сидякин. В прошлом году правозащитница Людмила Алексеева предлагала внести туда его фамилию за инициацию анти-конституционных законов. В начале января Сидякин находился в отпуске в США (не скрывал этого), и я через фейсбук задал ему три ключевых вопроса:

1. Как вы относитесь к тому факту, что Людмила Алексеева предлагает добавить вашу фамилию и фамилию других депутатов, инициировавших «закон об иностранных агентах» в список Магнитского? Какова, на ваш взгляд, перспектива, что список будет реально расширен за счет фамилий депутатов Госдумы РФ?

- Лично я этих инициатив не боюсь, хотя считаю их непродуманными, опасными и провокационными. Хотя от гражданки другого государства, занимающейся политической деятельностью в нашей стране, трудно ожидать чего-то другого, кроме постоянных аппеляций к своим покровителям. При этом, на мой взгляд, доктрина реакционизма в отношениях двух стран опасна. Она может привести к тому, что новая холодная война вспыхнет как спичка и приведет к полному развалу двусторонних отношений России и США. Это мы уже проходили на уроках истории. Недальновидно парламентарии из ястребов продавили решение по акту Магнитского в Конгрессе, мы ответили. Это будет уроком им и всем, тем, кто подобные решения впредь задумает. Но дальше следует остановиться всем.

2. Каковы ваши прогнозы по расследованию уголовного дела о смерти адвоката Сергея Магнитского в России на ближайший год?

- Печально, что до сих пор не установлены виновные в его смерти. Имеющееся уголовное дело в отношении обвиняемого в смерти Магнитского прекращено. Возобновление расследования возможно в случае появления каких-то новых существенных обстоятельств и фактов. Истина, в любом случае, должна быть установлена. Почему-то есть ощущение, что эта история еще не закончена.

3. Во время недавнего голосования по закону об усыновлении, который явился реакцией Госдумы на принятие списка Магнитского в США, вы не стали голосовать «за», и рассказали, что за вас проголосовали «за» ваши коллеги. На ваш взгляд, какова должна была быть реакция Госдумы на принятие списка?

- Я также не голосовал и за поправку, предусматривающую запрет на усыновление детей гражданами США. Считаю, что в первоначальном виде законопроект был сбалансированным.

Не знаю, будет ли включен Сидякин в список, но совершенно очевидно, что администрация Обамы в какой-то момент уже в этом году столкнется с перспективой требования санкций против людей, которые не имеют никакого отношения к делу Магнитского. Дональд Дженсен считает, что, вероятно, в конечном итоге принятие или непринятие новых списков по российским чиновникам будет связано с восприятием в Вашингтоне уровня экскалации правонарушений со стороны режима Путина. Но, в целом, он считает, что существующий список Магнитского из 60 фамилий, это, скорее всего, максимум, на который может реалистично рассчитывать российская оппозиция. Причиной для такого заключения является тот факт, что для принятия даже этого закона потребовались условия «идеального шторма» - конгрессмены и сенаторы, озабоченные правонарушениями в России, объединились с коллегами, желающими наладить торговые отношения с Москвой. По мнению Дженсена, таких условий может больше не повториться.

На мой взгляд, вопрос достижения консенсуса по новым фамилиям, безусловно, будет довольно чувствительным для всех ветвей власти США, и вполне так может быть, что во многих случаях представленные заявки на расширение списков будут отклоняться. Однако, если внимательно изучить американскую историю постепенного расширения санкций и списков против чиновников Беларуси и Ирана за последние несколько лет, то вполне можно предположить, что планы российской оппозиции не обречены на полный провал и будут действовать по принципу «вода камень точит».

Вместо заключения: попытка понять ответную реакцию

Огромное количество людей, как западных, так и российских, интересующихся и занимающихся законом Магнитского, в личных разговорах или переписке, а также просто в прессе поражаются кажущейся неадекватности и, главное, самовредительству ответных шагов российских властей на действия их западных коллег. В откровенных разговорах очень многие поражаются, почему нельзя было изначально, когда дело Хермитидж Фонда только раскручивалось, показательно осудить или как-то приструнить низшее и среднее звено чиновников из списка, и тем самым не доводить до принятия закона в США, сделав минимальную уступку.

Принятие же Госдумой и президентом Путиным недавнего закона, запрещающего усыновление российских сирот гражданами США, вызвали еще более недоуменные реакции даже среди сторонников российского правительства. У российской оппозиции закон вызвал негодование и ощущение полной неадекватности власти. Известный российский диссидент Владимир Буковский в недавнем  интервью  на вопрос о его оценке мотивации властей при принятии закона об усыновлении, сказал что это шизофреническое решение и что у него складывается предположение, что значительная часть политического истеблишмента в России – психически больные люди.

Казалось бы, действительно, если российские власти хотели бы реально задеть интересы США, как государства, они могли бы перекрыть пути снабжения войск НАТО в Афганистане, проходящие через Ульяновск и ориентирующуюся на Москву Среднюю Азию. Это бы сразу очень сильно осложнило действия армии США. Если нет желания уязвлять в столь чувствительном военном вопросе, то правителство РФ могло бы, например, воздействовать на американский бизнес и заставить Роснефть расторгнуть многомиллиардные контракты на разработку российских месторождений с компаниями Эксон Мобил и Шеврон.

Ничего подобного не происходит, так как это бы означало реальную и полномасштабную эскалацию конфликта на государственном уровне, где обе стороны понесли бы существенные издержки. Складывается впечатление, что, несмотря на всю воинственную риторику об «ассиметричном ответе» у российских властей, на самом деле, нет желания наносить какого-либо реального, даже малейшего, ущерба США (по крайней мере так, как они понимают ущерб для себя). Но при этом нет и желания ограничиться лишь равноценным ответным законом, ограничивающим въезд в Россию чиновникам США, участвовавшим, например, в судебном разбирательстве дела Виктора Бута.

В этой связи очень полезным является  замечание  другого российского диссидента и правозащитника Александра Подрабинека, который объясняет последние действия президента и Госдумы «желанием изобразить силу», как для внешнего, так и для внутреннего потребления. По его мнению, в Кремле рассчитывают на то, что нарочито неадекватные действия российской власти должно повергнуть в ужас тех, кто помнит о российских ядерных арсеналах. «Если они столь безжалостны по отношению к собственным детям, то что их удержит от первого атомного удара?». И точно в таком же ключе неприкрытой грубой силы, анти-сиротская инициатива является показной демонстрацией вседозволенности внутри страны, с тем чтобы объяснить оппозиции, собственным чиновникам и всему обществу, кто в доме хозяин.

Хотя этот взгляд является очень правдоподобным, мне все же представляется, что суть логики последних действий администрации Путина следует искать не в неадекватности и демонстрации неприкрытой силы, а в хорошо обдуманном расчете на политическую мобилизацию среди чиновников. Сегодня уже многим наблюдателям очевидно, что рейтинг президента в двух столицах и внутри среднего класса, и даже среди отдельных чиновников, скорее всего, навсегда потерял свои былые высокие позиции. Путину все больше необходимо опираться на бюджетников, клерикальные круги, сельское население, представителей «Уралвагонзавода» и национальные республики, авторитарно управляемые лояльными руководителями.

При таком политическом раскладе, избранному в третий раз президенту, которому, судя по отдельным оговоркам, хочется переизбираться еще и в четвертый раз в 2018 году, жизненно необходимо пресечь любое брожжение и фронду в силовых органах, в целом в правительстве и Госдуме. Если считать эту цель главной в долгосрочной повестке Путина, то создание ситуации, при которой все большему количеству чиновников нужно делать жесткий выбор – с президентом ли они «до конца» и «вопреки всему», или «против него», является циничным, но вполне действенным политическим инструментом установления тотальной лояльности и личной зависимости.

Иначе говоря, когда администрация президента заставляет весь состав Думы и Совета Федерации быстро и единогласно голосовать за анти-гуманный и по сути анти-конституционный закон о лишении сирот права на усыновление, то создается ситуация классической круговой поруки. Все кто подписался под этим законом, не имеют легитимность в глазах остального общества, зато навсегда повязаны с инициаторами этого закона и основателями существующего политического курса.

Подтверждением подобных устремлений властей являются также факты кричаще вызывающего противодействия закону Магнитского, которое было осуществлено властями в последние полгода. Если бы правительство России действительно хотело аккуратно пролоббировать непринятие «Акта Магнитского» в США и спустить всю историю «на тормоза», стал бы российский МИД одобрять поездку господина Малкина в Сенат США в качестве главы делегации, на фоне того, что его подозревают в самых злостных криминальных преступлениях в соседней Канаде? Точно также представляется невероятным, что руководство на Смоленской площади случайно допустило, что представители официальной российской делегации на парламентской ассамблее ОБСЕ в Монако специально отдали свои аккредитации двум ключевым фигурантам фильма «Досье Магнитского».

Дмитрий Клюев, осужденный в 2006 году за попытку хищения 1,6 миллиарда рублей, и его партнер Андрей Павлов, как предполагается, были главными фигурами в организации схемы с хищением 230 миллионов долларов США из российского бюджета, вскрытой Сергеем Магнитским. И, вот, в тот самый момент, когда ассамблеей решается вопрос о принятии резолюции в защиту санкций по делу Магнитского, Клюев и Павлов демонстративно  заходят  в здание, где происходит заседание ОБСЕ и российская делегация пытается «лоббировать» против принятия решения. Конечно, по результатам такого заседания ассамблея приняла резолюцию  с призывом к своим странам-участникам поддержать санкции.

Несмотря на многие подлинные ошибки, мне не кажется, что в российском МИДе сидят идиоты или дилетанты, тотально не понимающие нормы политической жизни западных стран. Это только, на первый взгляд, кажется, что анти-сиротский закон не является эскалацией конфликта. Он не наносит существенного ущерба американскому государству, но в Вашингтоне и в Москве знающие специалисты не могли упустить один ньюанс. В отличие от США, объявивших санкции только российским чиновникам, закон об усыновлении ударяет почастнымгражданам США - по всем потенциальным родителям. По подсчетам Госдепа от 500 до 1000 американских семей находились на момент вступления в силу «закона Димы Яковлева» на разных стадиях оформления усыновления российских детей. В Кремле прекрасно осознают, что смешение публичной и частной сферы по взаимоотношениях двух стран вызовет особое возмущение в США против чиновников, принявших этот закон, зато не будет иметь серьезных последствий на межгосударственном уровне для президента и премьер-министра.

Парадоксальным образом расширение списка Магнитского может стать удобным мобилизационным военкоматом для высшего руководства страны по призыву «готовых на всё» кадров. И, к сожаленью, этот заключительный вывод можно подтвердить уже имеющейся практикой в правоохранительных структурах страны за последние три года. Покапавшись в новостях о карьерных шагах 60 лиц, входящих в список Кардина, после смерти Магнитского в 2009 году я обнаружил два симптоматичных примера.

Судья Сергей Подопригоров, санкционировавший арест и содержание под стражей до суда Магнитского 26 ноября 2008 года, после этого дела занимался (помимо многих других одиозных процессов) делом о так называемой китайской контрабанде  с Черкизовского рынка. В рамках этого дела он одобрил уничтожение всей вывезенной МВД продукции как вещдоков. В 2012 году китайские компании подали в адрес СКР заявление о возбуждении уголовного дела по факту хищения вещественных доказательств в ходе расследования этого сомнительного уголовного дела на астрономическую сумму 20 673 890,6 рублей и 1 205 764 доллара США. После этого судья Подопригоров был повышен в звании и перешел из Тверского районного суда в Мосгорсуд.

О его готовности к любой деятельности, хорошо говорит диалог состоявшийся между Подопригоровым и адвокатам китайской стороны Любови Благушиной, которая в рамках дела пожаловалась  судье на что, он игнорирует все ее ходатайства: «Я говорю: "Сергей Геннадьевич, ну так же нельзя!". А он: "Да о чем Вы говорите? Вы что думаете..." Вот я дословно передаю, потому что я никогда это не забуду, я умирать буду — не забуду: "Вы что, думаете, что 37-й год не вернется?". У меня был ужас, я похолодела. "А Вы думаете — вернется?". А он говорит: "Конечно!". "И правильно, — он мне говорит. — Мои предки в 37-м к стенке ставили".»

Второй пример «списочника», готового на осуществление любых указаний руководства, проявился совсем недавно. Замгенпрокурора Виктор Гринь, вошел в список, после того как в 2009 году подписал обвинительное заключение для судьи Подопригорова о том, что 5,4 миллиарда рублей под видом возврата из бюджета РФ налога на прибыль фирм, ранее принадлежавших Hermitage Fund, похитил рабочий лесопилки Виктор Маркелов. Гринь также известен по многим другим одиозным делам, в свое время он, например, подписывал обвинительные заключения по делу экс-сенатора Левона Чахмахчяна и по делу бывшего руководителя МФО «Менатеп» Платона Лебедева. Но мало кто обратил внимание, что в данный момент он же курирует дело «Кировлеса», по которому следствие в прошлом году взяло подписку о невыезде с оппозиционного блогера Алексея Навального. Как раз на днях Алексей  написал, что ему «в окончательном виде предъявили обвинение по "Кировлесу"... Типа, преступное ООО, которым руководил знакомый Навального, купило леса на 14,5 млн, продало этот лес за 16 млн и , таким образом, похитило 16 млн. Если бы калькуляторы умели читать, то читая такие обвинения они бы не выдерживали и взрывались, разбрасывая в стороны куски своих солнечных батарей».

(отсюда)
Tags: Евросоюз, правозащита, протест
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments